Дед поведал ему о древнем способе раздвоения сущности — рискованном, почти безумном, но дающем шанс на спасение.45Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡtAmPHPXeQb
Артём пытался совладать с тем, что просыпалось в нём по ночам. Он запирался в квартире, связывал себя цепями, затыкал уши наушниками, пытаясь заглушить зов крови. Но всё было тщетно.
Жажда плоти оказалась сильнее воли, сильнее разума, сильнее любых оков.
Город продолжал жить в страхе. С наступлением темноты улицы пустели. Люди вздрагивали от каждого шороха, заколачивали окна, включали сигнализацию.
Сводки происшествий напоминали хронику войны: разорванный на части дворник;
исчезнувшая ночная смена супермаркета;
изувеченные строители в бытовке; растерзанные водители такси…
Список жертв перевалил за сотню. Ввели комендантский час, привлекли внутренние войска, но зверь словно насмехался над всеми мерами безопасности. Он появлялся там, где его не ждали, исчезал, оставив после себя лишь кровавые следы.
Артём швырнул утреннюю газету на стол. На первой полосе — очередное зверское убийство. Фото места преступления. Очертания тела под простынёй.
«Хватит, — твёрдо решил он. — Нужно остановить его. То есть меня».
Он достал блокнот, куда записал все указания деда. Ингредиенты для отвара нашлись не сразу: корень мандрагоры (нашёл у старого травника на окраине);
волчья ягода (собрал в заброшенном парке);
пепел сожжённого осинового кола; капля ртути (достал через знакомого химика);
родниковая вода, набранная в полночь.
Смешивая компоненты, Артём бормотал заклинания, которые передал ему дед. Воздух в комнате сгустился, стал тяжёлым, пахнуло озоном, как перед грозой.
Отвар получился густым, чёрным, с перламутровым отливом. Пах серой и жжёным сахаром.
— Ну, с богом, — прошептал Артём и выпил всё до капли.
Живот скрутило спазмом. В ушах зазвенело. Перед глазами поплыли цветные круги. Но он держался, стиснув зубы.
Место для схватки Артём выбрал не случайно — родная металлобаза. Идеальное поле боя: на отшибе промзоны; огромная территория; море железного хлама; безлюдно (если не считать двух сторожей в бытовке).
Ближе к ночи Артём пришёл на базу. Сторожа — дядя Ваня и Петрович — удивлённо подняли головы.
— Артём? Ты чего тут в субботу вечером?
— Да вот… — он замялся, подбирая слова. — С подружкой поссорился. Она тут неподалёку живёт. Шёл мимо, решил заглянуть…
Дядя Ваня сочувственно покачал головой:
— Эх, молодость… Пойдём, чайку попьём. У нас печеньки есть.
В бытовке, пока сторожа хлопотали с чайником, Артём незаметно подсыпал в кружки сильнейшее снотворное. Через пять минут оба храпели в креслах.
Теперь — к делу.
Среди груды железного лома Артём отыскал массивный стальной брусок — настоящий средневековый ослоп. Весил он не меньше пятидесяти килограммов, но Артём легко подбрасывал его одной рукой.
Для защиты выбрал бронированную дверь — когда‑то её сняли с квартиры убитого криминального авторитета. Дверь была тяжёлой, прочной, с усиленными петлями. Артём приварил к ней скобы, обернул их куском плотной ткани, чтобы не резали руки.
Последним штрихом стала цепь. Толстая, ржавая, но надёжная. Артём приковал себя за руки, ноги и шею к железобетонной свае, возвышавшейся в дальнем конце базы. Цепь оставлял достаточно свободной, чтобы двигаться, но не убежать.
— Ну, поехали, — прошептал он, глядя на взошедшую луну.
Её серебристый свет коснулся его лица, и в тот же миг мир поплыл перед глазами. Кости захрустели, перестраиваясь. Кожа зачесалась, покрываясь короткой серой шерстью. Зубы удлинились, превращаясь в клыки.
Последнее, что запомнил Артём — холодный лунный свет и отдалённый вой, который, как он понял в последний миг, вырывался из его собственной глотки.
ns216.73.216.26da2
and then Add to home screen.