Джоди, вышла из кабинета Докинза и направляется к лифту, но внезапно замирает так как в гулких коридорах раздаётся чёткий, размеренный стук ботинок. Эхо множит шаги, и уже через мгновение из‑за угла появляются четверо в строгой униформе DPA. Их движения синхронны, словно у заводных кукол: ни суеты, ни лишних жестов — только холодная, выверенная решимость.53Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡxKAmsvHTJs
Первый офицер, высокий и широкоплечий, вскидывает руку — сигнал к действию. Двое мгновенно расходятся в стороны, отрезая пути к отступлению, ещё двое надвигаются прямо на Джоди. Она пытается отступить, но спина упирается в холодную стену лифта.
— Не сопротивляйся, — произносит один из них монотонно, будто зачитывает протокол.
Джоди вскидывает руки, пытаясь задействовать силу Айдена, но её энергия гаснет, едва вспыхнув: офицеры носят экранирующие браслеты — тускло мерцающие полосы на запястьях блокируют любые попытки ментального воздействия.
Первый офицер хватает её за предплечье железным хватом. Его пальцы впиваются так, что на коже тут же проступают багровые полумесяцы. Второй резко разворачивает её спиной к себе, фиксирует руки за спиной. Джоди дёргается, пытается ударить ногой, но третий офицер ловко перехватывает её лодыжку, сжимая с такой силой, что в глазах вспыхивают искры боли.
Четвёртый тем временем достаёт из подсумка гибкие полимерные стяжки. Движения отточенные, будто он проделывал это сотни раз. Холодный пластик щёлкает у неё на запястьях, врезается в кожу, ограничивая даже малейшие движения.
— Личность подтверждена, — докладывает первый, сверяясь с портативным сканером. — Джоди Холмс. Статус: угроза.
Один из офицеров рывком поднимает её подбородок, фиксируя лицо для сканирования сетчатки. Яркий синий луч пробегает по глазам, вызывая резь. Джоди пытается зажмуриться, но её голову держат крепко, не позволяя уклониться.
— Биометрика совпадает. Транспортировать в блок «Дельта».
Её толкают вперёд. Каждый шаг отдаётся пульсацией в скованных руках. Где‑то вдали гудит сирена, но для Джоди сейчас существует только жёсткая хватка на плечах, глухой стук ботинок по металлу и холодное дыхание коридора, ведущего в темноту.
Мир начинает расплываться. Перед глазами мелькают размытые огни аварийных ламп, голоса сливаются в монотонный гул. Последнее, что она чувствует — резкий укол в шею. Холодная игла пронзает кожу, и сознание тонет в вязкой, беспросветной тьме.
Джоди с трудом разлепила веки. В глазах плавали мутные пятна, а в ушах стоял противный, монотонный гул — будто кто‑то медленно водил ногтем по краю гигантского бокала. Постепенно очертания предметов обрели резкость.
Перед ней, словно воплощение всех её кошмаров, стоял МакГрат. Его фигура вырисовывалась на фоне стерильно‑белого света операционных ламп — высокий, прямой, с тем самым выражением лица, которое она ненавидела больше всего: вежливая маска, за которой пряталась ледяная безжалостность.
— Очнулась? — его голос прозвучал ровно, почти участливо. Но в этом «почти» таилась такая бездушная расчётливость, что по спине Джоди пробежал холодок. — Хорошо. Нам нужно поговорить.
Она попыталась пошевелиться, но обнаружила, что прикована к кушетке мягкими, но прочными фиксаторами. Руки, ноги, даже голова — всё было обездвижено. Паника захлестнула её волной, но она сжала зубы, не позволив страху вырваться наружу.
— Что вы делаете? — её голос прозвучал тише, чем она хотела.
МакГрат склонил голову, словно изучая редкий экспонат.
— Ты поставила нас в затруднительное положение, Джоди. — Он сделал паузу, будто наслаждаясь каждым слогом. — Мы не можем тебя отпустить… и не можем убить.
В его тоне не было ни злости, ни раздражения — только холодная констатация факта. И от этого становилось ещё страшнее.
Джоди рванулась, но фиксаторы лишь впились в кожу.
— Вы не имеете права! Я вам помогала!
— Именно поэтому мы будем благодарны, — кивнул Макграт, будто она только что подтвердила его мысль. — Но твоя природа… она слишком нестабильна. Слишком опасна.
Он шагнул ближе, и Джоди уловила слабый запах антисептиков и дорогого одеколона — резкий контраст с тем ужасом, который он нёс в своих словах.
— Нейрокислота, — произнёс он, и эти два слова прозвучали как приговор. — Постоянная кома. Как с твоей матерью.
Внутри у Джоди всё оборвалось. Образ матери — бледной, неподвижной, с трубками, уходящими в вены, — вспыхнул перед глазами так ярко, что на мгновение она перестала дышать.
— Вы… вы не можете, — прошептала она, но голос предательски дрогнул.
МакГрат не ответил. Он просто смотрел, и в его взгляде не было ни сожаления, ни колебаний. Только холодная, безупречная логика человека, который давно научился не замечать чужие страдания.
— Прощай, Джоди, — сказал он наконец. — Мы всегда будем благодарны тебе за помощь.
Эти слова повисли в воздухе, тяжёлые, как свинцовые гири. Джоди хотела закричать, ударить, вырваться — но тело не слушалось. Всё, что оставалось, — это смотреть, как он поворачивается к ней спиной, как его фигура растворяется в ослепительном свете, и чувствовать, как тьма снова накрывает её с головой.
Где‑то на грани сознания промелькнула мысль: «Так вот как это заканчивается… в темноте, в одиночестве, как мама».
Но прежде чем окончательно погрузиться в небытие, она услышала отдалённый, едва различимый голос — не МакГрата, не кого‑то из его людей. Это был голос, который она знала лучше собственного дыхания.
«Держись, Джоди…»
И на мгновение ей показалось, что пальцы на её запястье дрогнули — будто кто‑то невидимый попытался разорвать путы, сковывающие её тело. Но тьма уже поглотила её целиком.
ns216.73.216.23da2
and then Add to home screen.