Джоди, освобождённая, но едва стоящая на ногах, схватила Райана за руку.
— Мы должны остановить его… пока не стало слишком поздно.
Коул обернулся, он был напуган, но глаза горели решимостью.
— Ладно, — он поднял планшет, на экране которого пульсировали странные символы — остатки кода Инфрамира. — Если мир рушится, давайте хотя бы сделаем это стильно.
Райан кивнул, сжимая пистолет. Джоди закрыла глаза, чувствуя, как внутри неё поднимается волна — не страха, а чего‑то большего. Айден был рядом. Они были вместе.
И пусть мир трещал по швам, у них оставался выбор. Последний бой начинался сейчас.
МакГрат, с его неизменной маской благочестивого спокойствия, шагнул к Джоди. В глазах — холодная расчётливость, но голос дрогнул, выдавая внутреннюю бурю:
— Помоги нам, Джоди. Натан… он сошёл с ума. Мы не можем справиться в одиночку.
Джоди даже не повернула головы. Её пальцы сжались в кулаки — на костяшках ещё виднелись следы недавней схватки. Она смотрела вдаль, туда, где за горизонтом таилась цель, которую она поклялась достичь.
— Я закончу то, что должна, — отрезала она, голос звучал как лезвие. — И никто меня не остановит.
В этот момент Райан, обычно покорный и сдержанный, сделал шаг вперёд. В его глазах вспыхнул незнакомый огонь — смесь ярости и отчаяния. Он резко толкнул МакГрата, и тот, не ожидавший сопротивления, повалился на пол.
— Подумай о своей отставке, старик, — процедил Райан, сжимая кулаки. — Ты уже давно не тот, кем себя считаешь.
МакГрат поднялся, опираясь на стену. Его лицо было бледным, словно полотно, а руки дрожали так, что он едва мог их удержать. Он прошептал, едва слышно, но слова эхом разнеслись по комнате:
— Мы все умрём…
Джоди замерла. Эти слова, словно ледяной ветер, пронзили её сознание. Она закрыла глаза, пытаясь заглушить внутренний голос, который твердил: «Ты не справишься. Ты подведёшь их всех». Но в глубине души она знала — это не страх, это ответственность. Ответственность за тех, кто поверил в неё, за тех, кого она не могла бросить.
Она медленно повернулась к МакГрату. В её взгляде не было ни жалости, ни гнева — только холодная решимость.
— Ты ошибаешься, — сказала она, и её голос прозвучал твёрдо, как сталь. — Мы не умрём. Потому что я этого не позволю.
Райан посмотрел на неё с удивлением. Он никогда не видел Джоди такой — словно внутри неё зажглась неведомая сила, способная противостоять самой судьбе.
— Ты правда веришь в это? — спросил он, и в его голосе прозвучала надежда, которую он давно похоронил.
Джоди кивнула. Она не могла позволить себе сомневаться. Не сейчас. Не тогда, когда на кону стояли жизни тех, кто был ей дорог.
— Да, — ответила она. — Потому что если я сама не верю, то кто тогда?
МакГрат, всё ещё дрожа, попытался встать прямо. В его глазах мелькнуло что‑то похожее на уважение, но тут же исчезло, скрытое маской привычной холодности.
— Ты слишком самоуверенна, Джоди, — сказал он, но в его голосе уже не было прежней твёрдости. — Это может стать твоей ошибкой.
— Может, — согласилась она, — но это моя ошибка. И я готова её принять.
В комнате повисла тяжёлая тишина. Каждый из них понимал: впереди ждёт нечто большее, чем просто битва. Это была проверка на прочность, на верность своим убеждениям, на способность идти до конца, несмотря ни на что.
Джоди сделала шаг вперёд, навстречу неизвестности. В её сердце билась лишь одна мысль: «Я не сдамся. Не сейчас. Никогда».
Время таяло, словно песок в часах, унося с собой последние крохи надежды. Джоди, Райан и Коул стояли в тускло освещённом коридоре — три силуэта на фоне мигающих аварийных огней. Впереди зияла бездна «Чёрного солнца», позади — рушились последние барьеры реальности.
Коул, с лицом, изборождённым годами и тревогой, достал портативное сдерживающее поле. Металл в его руках поблёскивал, словно осколок ушедшего мира.
— Это рискованно, — произнёс он, и голос его дрогнул лишь на миг. — Но это наш последний шанс. Мы должны уничтожить конденсатор и закрыть разлом. Иначе…
Он не договорил. Все и так знали, что «иначе» означало конец. Не просто их конец — конец всего.
Райан провёл рукой по лицу, словно стирая невидимую пыль. В его глазах читалась борьба — между инстинктом выживания и долгом, между страхом и верностью.
— Может, просто сбежим? — прошептал он, глядя куда‑то в пустоту. — Пока ещё есть возможность… Есть же другие пути, правда?
Джоди молча надела защитный пояс. Движения её были чёткими, почти механическими, но внутри бушевал ураган. Она знала: каждый выбор — это чья‑то жизнь. Каждый шаг назад — чья‑то смерть.
Райан, заметив её решимость, горько усмехнулся. Он тоже надел пояс, словно принимая незримую клятву.
— Всегда считал себя героем, который умрёт, — сказал он, и в его голосе прозвучала странная смесь иронии и смирения. — Только не думал, что это случится так… буднично.
Лифт со скрипом тронулся вниз, унося их в самое сердце катастрофы. Воздух сгустился, будто сам мир сопротивлялся их решению.
Коул, глядя на мерцающие индикаторы, заговорил снова — тихо, но твёрдо:
— Самоуничтожение произойдёт мгновенно. Мы не вернёмся.
Джоди закрыла глаза. Перед ней пронеслись обрывки её воспоминаний: смех матери, первые шаги с Айденом, жаркие споры с Натаном, тихие вечера с Райаном. Всё это — её жизнь, её бремя, её выбор.
«Я не могу бросить их, — подумала она. — Не могу оставить мир на растерзание тьме».
Она открыла глаза. В них больше не было сомнений.
— Мы сделаем это, — сказала она, и её голос прозвучал как удар колокола. — Не ради славы. Не ради истории. Ради тех, кто не сможет сказать «прощай».
Райан посмотрел на неё. В его взгляде мелькнуло что‑то новое — не страх, а понимание. Он кивнул.
— Тогда вперёд, — произнёс он. — Пусть это будет наш последний акт. Но пусть он будет достойным.
Коул молча положил руку на панель управления. Экран перед ним вспыхнул алыми символами — обратный отсчёт начался.
Три судьбы. Три сердца. Один миг, который решит всё.
Джоди сжала кулаки. В её сознании звучал лишь один голос — её собственный, тихий, но непреклонный:
«Я не сдамся. Я не позволю миру умереть».
Они мчались сквозь эфирные вихри, исходящие от «Чёрного солнца». Воздух дрожал, словно натянутая струна, а стены вокруг стонали — то были крики заблудших душ, запертых между мирами. Джоди чувствовала, как каждая клеточка её тела сопротивляется этому хаосу: энергия разлома рвала связь с Айденом, будто пытаясь оторвать их друг от друга.
— Держитесь! — крикнул Коул, едва успевая перепрыгнуть через трещину в полу. Его голос звучал глухо, словно доносился из‑под толщи воды.
Джоди кивнула, не оборачиваясь. Она знала: малейшая задержка — и они станут частью этого кошмара. Впереди мелькнул тусклый свет — выход в следующий сектор. Но когда они почти достигли цели, пространство вокруг Коула исказилось, словно его втянуло в невидимую воронку.
— Нет! — вырвалось у Джоди.
Она рванулась назад, но Райан схватил её за руку.
— Мы не успеем! — его голос дрогнул. — Если задержимся, все погибнем.
В этот миг из эфирной мглы вырвался Айден. Его полупрозрачная фигура замерцала, словно пытаясь собраться воедино. Джоди почувствовала слабый импульс — он пытался дотянуться до Коула.
— Айден… — прошептала она. — Сделай это. Пожалуйста.
Сущность рванулась вперёд. Пространство вспыхнуло ослепительным светом, и на мгновение всё замерло. Когда сияние рассеялось, Коул лежал на полу — израненный, но живой.
— Он… он дышит, — с облегчением выдохнула Джоди, опускаясь рядом.
Но радость была недолгой. Коул приоткрыл глаза, его губы дрогнули:
— Я не могу идти дальше… — прошептал он. — Оставьте меня. Спасайте мир.
Райан стиснул кулаки. В его взгляде читалась борьба — между долгом и человечностью.
— Мы не бросим тебя, — сказал он, но Коул слабо улыбнулся.
— Это не ваша битва. Это моя ответственность. Я должен был остановить Натана.
Джоди закрыла глаза. Внутри неё бушевала буря. Она знала: если они задержатся ещё, разлом поглотит их всех. Но оставить Коула… это было равносильно предательству.
— Уходите, — повторил Коул, его голос становился всё тише. — У вас ещё есть шанс.
Райан резко развернулся к Джоди. В его глазах стояли слёзы, но он твёрдо произнёс:
— Нам нужно идти.
С трудом поднявшись, Джоди сделала шаг назад. Её сердце разрывалось на части, но разум понимал: Коул прав. Они не могли спасти всех.
Райан затащил её в соседнюю комнату и с грохотом закрыл дверь. Эфирные вихри ударились в металл, оставляя на нём зловещие следы.
Джоди упала на колени. Слёзы ручьём лились по её лицу, смешиваясь с потом и пылью.
— Я могла бы спасти его… — прошептала она, сжимая кулаки так, что ногти впились в ладони. — Я должна была…
Райан опустился рядом, положил руку на её плечо. Его голос прозвучал тихо, но твёрдо:
— Ты сделала всё, что могла. Мы оба сделали.
Она подняла на него взгляд, полный боли и отчаяния.
— Но это неправильно…
— Да, — согласился он. — Но иногда «правильно» — это просто выжить. Чтобы потом попытаться всё исправить.
Джоди глубоко вздохнула. В её сознании снова вспыхнул голос — её собственный, тихий, но непреклонный: «Ты не одна. Ты никогда не была одна».
Она медленно поднялась. В глазах её больше не было слёз — только холодная решимость.
— Пойдём, — сказала она. — Мы закончим то, что начали. Ради него. Ради всех.
Райан кивнул. Они переглянулись — два израненных воина, чьи сердца всё ещё бились в унисон с ритмом мира, который они пытались спасти.
Дверь за ними дрогнула от очередного удара эфирного вихря. Но они уже не оглядывались. Впереди ждало «Чёрное солнце» — и их последний бой.
Джоди оторвалась от Райана — вихри эфира разорвали их путь, словно невидимый клинок. Она оказалась в узком коридоре, где стены пульсировали багровым светом, а воздух был пропитан отчаянием. И тут она увидела Натана.
Он метался, как загнанный зверь, врезаясь в призрачные очертания дверей, будто пытаясь пробить брешь в самой реальности. Его лицо было искажено мукой, глаза — пустые, потерянные.
— Я не могу найти свою жену и дочь! — выкрикнул он, и в этом голосе смешались ярость, боль и безумие. — Они где‑то здесь… я чувствую их… но не могу до них дотянуться!
Джоди замерла. Она знала: перед ней не просто Натан — это человек, раздавленный грузом вины и горем собственной потери. Тот, кто когда‑то верил, что наука даст ответы на все вопросы, теперь стоял на краю пропасти, где логика растворялась в хаосе.
— Натан, — тихо произнесла она, шагнув вперёд. — Ты не один. Мы можем…
Он резко развернулся, и в его руке блеснул ствол. Глаза — холодные, отстранённые.
— Ты не понимаешь! — его голос дрогнул. — Если я не найду их… если не смогу быть рядом с ними… зачем мне жить?
В этот миг мир словно замер. Джоди чувствовала, как внутри неё борются два начала: сострадание и долг. Она могла попытаться достучаться до него — или выполнить то, что должно.
— Послушай меня, — она подняла руки, медленно приближаясь. — Ты нужен им. Даже если ты не видишь их, они чувствуют тебя. Ты не должен сдаваться.
Натан замер, его пальцы дрожали на рукояти оружия. В глазах мелькнул проблеск осознания — и тут же погас.
— Ты… ты могла бы помочь, — его голос звучал отстранённо, будто он говорил не с ней, а с кем‑то невидимым. — Но ты выбрала свой путь. А я… я выбираю свой.
Джоди почувствовала ледяной укол страха, но не двинулась. Она знала: в этот момент её жизнь — лишь песчинка в чаше весов.
— Натан, пожалуйста… — начала она, но он уже нажал на курок.
Пуля пронзила воздух, но не её тело. В последний миг Эйден встал на её защиту, поглотив удар. Джоди упала на колени, задыхаясь от шока. А Натан… он просто стоял, глядя на свои руки, будто не понимая, что только что сделал.
— Что… что я наделал? — прошептал он, и в его голосе впервые за долгое время прозвучала ясность.
Призрачный свет окутал его фигуру. Он увидел их — жену и дочь, протягивающих к нему руки.
— Простите… — выдохнул он. — Я иду.
И прежде чем Джоди успела что‑либо сказать, он исчез, растворившись в сиянии, оставив после себя лишь эхо последних слов:
— Уничтожь конденсатор… Это единственный способ.
Джоди сидела на холодном полу, сжимая кулаки до боли. В её голове крутились обрывки мыслей: «Я могла бы сделать больше. Я должна была…»
Но голос внутри неё — тихий, но непреклонный — напомнил: «Ты не можешь спасти всех. Но ты можешь закончить то, что начала».
Она подняла голову. В глазах больше не было слёз — только холодная решимость.
— Я сделаю это, — прошептала она. — Ради тебя, Натан. Ради Коула, ради всех.
И с этими словами она поднялась, шагнув навстречу тьме, которая ждала её впереди.
Тьма вокруг сгущалась, словно живое существо, жаждущее поглотить последние крохи света. Существа, вырвавшиеся из «Чёрного солнца», кружили в эфирной мгле — их очертания то расплывались, то вновь обретали жуткую чёткость. Райан отбивался, его движения были резкими, почти отчаянными.
— Джоди! Слева! — крикнул он, едва успевая прикрыть её от удара.
Она развернулась, но защитный пояс уже мерцал тревожным красным — система отказывала. Один из ударов твари прошёлся по краю, и металл с шипением оплавился.
— Чёрт… — выдохнула Джоди, чувствуя, как холод пробирает до костей.
Райан, не раздумывая, сорвал свой пояс и швырнул ей.
— Бери. Это твой шанс.
Она схватила устройство, но рука дрогнула.
— Ты… ты не можешь…
— Могу, — перебил он, усмехаясь сквозь боль. — Кто‑то должен довести дело до конца. И это точно не я.
В его глазах не было страха — только спокойная решимость. Джоди сжала кулаки, чувствуя, как внутри рвётся что‑то важное, невысказанное.
— Я не оставлю тебя, — прошептала она.
— Уже оставила, — мягко ответил он. — И это правильно.
С этими словами он развернулся к надвигающейся тьме, заслоняя её собой.
Джоди надела пояс. Механизм щёлкнул, активируясь, но в груди остался ледяной осколок — чувство, будто она только что потеряла кого-то кто дорог её сердцу навсегда.
ns216.73.216.75da2
and then Add to home screen.